Как два англичанина искали сокровища пирата Кидда, и чем все закончилось

Братья Герберт и Хью Палмеры были страстными коллекционерами. Благодаря им их родной городок Исберн прославился на всю Англию Здесь хранилась наиболее полная коллекция вещей знаменитых моряков от пирата Дрейка до адмирала Нельсона.

Наша история началась в 1929 году, когда братья выгрузили из экипажа и внесли в дом изящное дубовое бюро XVII века, купленное ими по случаю у знакомого лондонского торговца древностями. Добытый трофей должен был стать венцом их коллекции, ибо на медной табличке, прикрепленной к задней стенке бюро, значилось: «Капитан Уильям Кидд. Адвенчур Гали, 1699».

Итак, бюро поставили в гостиной и стали сдувать с его уникальной поверхности банальную английскую пыль. И тут неожиданно на сюжет повлиял характер братьев Палмер. Хью был собран и целеустремлен, Герберт же, как назло, рассеян и безалаберен. Это он однажды, чтобы черкнуть пару строк, осмелился положить на неприкосновенное бюро листок бумаги. И совсем уж возмутительно – локтем облокотился о край пюпитра! Какой мог бы быть фильм

И, о чудо, брусок, поддерживавший полку, с мелодичным звуком отошел в сторону. Под ним оказался тайник. А в тайнике – тонкая медная трубка, на которую был туго намотан пергамент. Он был запечатан восковой печатью с инициалами Кидда. Дрожащими руками Хью развернул пергамент. Это была карта какого-то острова. Вверху значилось – «Китайское море», внизу – «1699 год». На одной из частей нарисованного острова означено было дерево с болтающимся на нем скелетом, а под ним… сундук!

Сундук с сокровищами пирата
Сундук с сокровищами пирата

— Хью, ты помнишь, что мы читали об этом пройдохе Кидде? – почему-то перешел на шепот Герберт. – Сначала он был купцом. Потом поддался на уговоры губернатора Нью-Йорка Ричарда Беллемонта и стал охотиться за пиратами.

— Да-да, этому еще предшествовала романтическая история с дочерью самого Великого Могола, индийского владыки Аурангзеба. Девица, кажется, попала в руки головореза Эйвери, втрескалась в него по уши и, естественно, сбежала с ним.

— А Могол предупредил, что выставит английскую Ост-Индскую компанию из Индии, если Его Величество Вильгельм III не приструнит пиратов на морях и не вернет дочь.

— По-моему, он хотел не столько получить назад дочь, сколько сокровища, которые плыли на одном с нею корабле.

— Кстати, бороться с пиратами не захотел никто, кроме Кидда.

— Уверен, что он сразу смекнул: в море, где нет свидетелей, разобраться в том, борешься ли ты с пиратами или сам пиратствуешь – практически нереально.

— Кстати, где-то у нас есть книга, в которой упоминается о его богатствах.

— Ты ошибаешься, Герберт, там как раз сказано, что когда Кидда все же арестовали за морской разбой, денег при нем не было. Но когда за двурушничество его приговорили вздернуть на ноке рея флагманского корабля в портсмутском «доке казней», этот жестокий пират вдруг попросил о снисхождении и предложил палате общин сделку: за помилование он отдаст английской казне свои несметные сокровища, хранящиеся на таинственном острове. Но палата общин на сделку с пиратом не пошла.

— Он был вздернут в 1701 году, а сокровища не найдены. Не на их ли след мы напали?!

Братья были не новичками в сыскном деле. Бросив все дела, они отправились к экспертам. Те подтвердили: чернила, воск и пергамент относятся к XVII веку. Но на карте не было координат острова, нужна была дополнительная информация. Игра стоила свеч, причем эти свечи могли оказаться из чистого золота.

Методично, месяц за месяцем в английских газетах стало появляться объявление: «Любители старины за достойную сумму приобретут вещи, которые некогда могли принадлежать капитану Уильяму Кидду или его родным».

Уловка сработала. В конце 1931 года некая Памела Харди откликнулась на объявление. Она предложила «любителям старины» кованный железом матросский сундук. На крышке был вырезан пиратский знак «Веселый Роджер», а рядом женский бюст, как бы татуированный словами «Кэпти Кидд».

— Это сундук моего деда Томаса Харди, вице-адмирала Её Величества флота, — аккуратно набивала цену старушка. – Он достался ему от некоего мистера Уорда, который божился, что доводится внуком Нэду Уорду, боцману на «Адвенчуре», посудине негодяя Кидда. Честно говоря, я не очень верю этим сказкам, но за «достойную сумму» отчего бы не отдать коллекционную вещь?

— Нет, это старье нам ни к чему, — элегантно возвращал цену в разумные пределы Герберт. – Больно вся история попахивает розыгрышем.

— Фунтов двадцать я бы все же дал за это барахло, — изящно вмешался в торг Хью. – Все —же леди тащилась в такую даль.

— Тридцать! – прерывая поток аргументов и комплиментов, подвела итог миссис Харди.

Подхватив железный сундук, братья Палмер, как двое школяров, чуть ли не вприпрыжку помчались в страшном нетерпении домой.

Они уже знали, что искать. У сундука оказалось двойное дно. В тайнике лежала карта в точности такая, как и в старинном бюро. И снова никаких координат, зато на карте острова уже были обозначены долины, леса, коралловый риф и существенная деталь: место удобной якорной стоянки. Поперек карты красными чернилами была проведена зигзагообразная линия. Казалось, разгадка уже близка.

— Непонятно пока одно, — рассуждал, сидя с трубкой у камина, старший Палмер, — какое Китайское море имел в виду Кидд – Южно-Китайское или Восточно-Китайское?

— А я думаю, что ни то, ни другое, — холодно парировал младший. – Вспомни: когда Кидд предложил сделку палате общин и попросил снарядить за сокровищами корабль, на вопрос: «Сколько готовить провианта?» — он ответил: «Чтобы хватило до Карибского моря».

— По всему видно, главный секрет еще хранится где-то в его вещах.

И двое уже очень немолодых людей, как одержимые, снова устремились на поиски ключа к загадке.

Видно, удача дружит с одержимыми. По крайней мере, в 1938 году в руки коллекционеров попала дубовая шкатулка для рукоделия, которая когда-то принадлежала жене Кидда. Когда из оковки основания шкатулки были вынуты четыре гвоздя, а ключ ларчика поставлен параллельно линии горизонта, нижняя часть подалась и открыла узкую щель, в которой находился свернутый чертеж. Наконец-то на этой карте значились уже широта и долгота.

Правда, в точке с этими координатами на современной карте плескалось море, но не секрет: координаты карт XVII и XX веков сильно разнятся (в старину пользовались очень приблизительными способами определения широт и долгот).

Учитывая деликатность и денежность изысканий, необходимо было сыскать абсолютно надежного картографа. Поиск перешел в иную плоскость и… неожиданно прервался. Началась II мировая война.

Как бы ни хотелось закончить этот рассказ классическим «хэппи эндом», его не будет. В 1942 году умер старший Хью Палмер, а через некоторое время – младший Герберт.

Но бриллиантовый дым – самый страшный наркотик из тех, что знаком неумным неуемным натурам. Сокровища Кидда туманили воспаленный мозг искателей приключений. Читатель, ты вправе спросить: «А так ли велика возможная добыча?»

Здесь ответ дал сам пират, уже стоя под пеньковой петлей на ноке флагманского корабля: «За это сокровище я продал душу дьяволу. Возьмите его, если сможете, оно ваше, если добудете!».

Дьяволу душу по пустякам не продают, да и дьявол не тот парень, что мелочится.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.